Вы включаете знакомую запись, садитесь в кресло и слышите густой, гулкий бас. Пересаживаетесь ближе к середине комнаты, и некоторые ноты словно пропадают. Колонка та же, запись та же, ручку громкости никто не трогал. Что изменилось? Место, в котором вы слушаете. Домашняя система заканчивается не на клеммах громкоговорителя: в её работу входят стены, пол, потолок и положение ваших ушей.[3]
Звук приходит несколькими путями
Сначала до слушателя доходит прямой звук. Следом приходят отражения от ближайших поверхностей, затем всё более многочисленные отражённые составляющие. Первые из них называют ранними отражениями. Они могут изменить окраску звука и впечатление о положении источника; более поздняя часть отклика участвует в ощущении пространства и затухании звука после остановки источника.[1, 2]
Здесь легко представить, будто каждая стена обязана ответить отдельным эхом. Обычно вы слышите слитное звучание, а реверберационный хвост не распадается на узнаваемые повторения. После короткого звука энергия ещё некоторое время приходит к слушателю всё новыми путями и постепенно теряется. При этом жилая комната с мебелью создаёт гораздо менее равномерное отражённое поле, чем большой концертный зал. Описать обе одним числом «гулкости» было бы удобно, но слишком грубо: одинаковая длительность затухания ещё не расскажет, откуда и с какой окраской пришли отражения.[1]
Такой звуковой хвост в 1895 году заставил Гарвардский университет обратиться к физику Уоллесу Сабину: в новой лекционной аудитории музея Фогга было трудно разбирать речь. Сабин возбуждал звук органной трубой, затем прекращал его и хронографом измерял, сколько ещё слышен остаток. В пустой комнате получилось 5,62 секунды. После этого в зал постепенно вносили подушки с сидений соседнего театра и повторяли измерения: затухание ускорялось.[8] У подушек появилась научная работа. Важнее же другое: меняли конкретное условие и проверяли результат. Поэтому и дома полезно сначала отделить длительное затухание от отдельных басовых провалов: один ковёр не обязан решать обе задачи.[2, 4]
И сами отражения бывают разными. Боковое отражение может добавить пространственности, а чрезмерно сильное или неудачно приходящее отражение способно размыть звуковой образ. Поэтому акустическую отделку выбирают под задачу. Для точного контроля записи и для домашнего слушания с ощущением просторного зала предпочтения могут различаться.[1]
Куда смотрит колонка
Громкоговоритель излучает по разным направлениям неодинаково, причём эта направленность меняется с частотой. До стены может дойти звук с другим соотношением баса, середины и верхов, чем до сидящего перед колонкой слушателя. Именно этот звук, дополнительно изменённый стеной, вернётся к слушателю. Поэтому ровная характеристика строго перед колонкой ещё не описывает всех звуков, которые соберутся у вас в комнате.[1]
Имеют значение разворот колонок, высота установки и сходство условий слева и справа. Если одна колонка стоит рядом с боковой стеной, а другая выходит в открытое пространство, их отражённый звук будет различаться. Для стереопары разумно начать с симметричного размещения относительно слушателя и затем проверять результат.[3]
Почему особенно капризен бас
На низких частотах заметно проявляются собственные колебания комнаты, или моды. Их частоты и распределение давления связаны с геометрией помещения. В одних местах выбранная басовая нота выделяется, в других ослабевает. Положение громкоговорителя определяет, насколько сильно возбуждается та или иная мода; положение слушателя определяет, в какую часть звукового поля он попал.[3, 4] Сам принцип такого распределения легче сначала увидеть в стоячей волне внутри трубы.
Вот почему совет «добавьте баса» может подвести. Если причина провала в том, как складываются прямой и отражённый звук, увеличение сигнала усиливает обе составляющие. Вы добавляете энергии, а не меняете их соотношение в выбранной точке. К тому же коррекция, удачная для одного кресла, может оказаться неудачной для соседнего. Поэтому сначала полезно разобраться с размещением, потом подбирать эквализацию.[2, 4]
Ковёр и шторы могут заметно изменить отражения на средних и высоких частотах. Однако тонкий пористый материал слабо поглощает низкие частоты: для заметной работы в этом диапазоне ему обычно нужна существенно большая толщина. Обклеить комнату тонким поролоном и ждать ровного баса было бы слишком простым решением.[2]
Что проверить прежде покупки
Начните с короткого знакомого фрагмента музыки на негромком уровне. Сравните несколько удобных положений кресла, немного сдвигаясь вперёд и назад. Затем, если позволяет комната, меняйте положение колонок. Лучше делать одно изменение за раз и отмечать исходное место, чтобы можно было вернуться и сравнить. Не пытайтесь «найти пропавшую ноту», всё сильнее прибавляя громкость.[3, 6]
Для более точной проверки пригодятся измерительный микрофон и программа измерений. Сравнивают зависимость уровня от частоты в нескольких местах, а затухание и отражения исследуют по временному отклику. Один красивый график в центре кресла ещё не описывает весь диван. Сохраняйте условия сравнения: сигнал, настройки, положение мебели и точек измерения.[4, 7]
Зачем несколько сабвуферов
Несколько правильно размещённых сабвуферов могут сделать бас более одинаковым на разных местах. Именно эту задачу исследовали, сравнивая различные схемы размещения. Источники в разных точках по-разному возбуждают моды; подбор их расположения и параметров позволяет уменьшить различия между местами слушателей. После этого общая коррекция становится полезнее.[4]
Результат зависит от комнаты, зоны прослушивания и настройки. Типовые схемы для прямоугольного помещения служат отправной точкой; сложная геометрия требует проверки измерениями. При необходимости подбирают уровни, задержки и фильтры отдельных сабвуферов, а на частоте раздела согласуют их работу с основными колонками.[4, 5]
Так что второй сабвуфер имеет смысл покупать под понятную задачу и доступные места установки. Иногда улучшение начинается с того, что вы отодвигаете кресло от стены.
