Представьте две ткани, которые при одном и том же освещении кажутся вам совершенно одинаковыми по цвету. Спектрометр, однако, показывает: отражают они разные наборы световых волн. Противоречия нет. Глаз не переписывает весь спектр, а получает несколько суммарных сигналов. Разные спектры могут дать одинаковый результат. Такие цветовые двойники называются метамерами. А теперь допустим, что у другого человека появился дополнительный независимый сигнал. Некоторые ваши «одинаковые» ткани для него окажутся разными. Вот к какой возможности ведёт тетрахроматия. [5]
Обычное дневное цветовое зрение использует три типа колбочек. Их фотопигменты по-разному чувствительны к коротким, средним и длинным волнам, а области чувствительности широко перекрываются. Удобнее представлять три неодинаково настроенных измерителя, чем три баночки синей, зелёной и красной краски. Четвёртый отличающийся фотопигмент потенциально добавляет ещё одно измерение. Но установить измеритель мало: системе надо уметь пользоваться его показаниями. [2] Сравните с восприятием ближнего ультрафиолета после изменения фильтра глаза: там свет получает доступ к прежним рецепторам, дополнительного типа колбочек не возникает.
Откуда может взяться дополнительный тип? Гены двух типов колбочковых пигментов находятся на X-хромосоме. У части женщин две X-хромосомы несут разные варианты этих генов. При развитии в разных клетках активной остаётся разная X-хромосома, и в сетчатке может появиться дополнительный тип колбочек. Пока это лишь генетическая предпосылка. Функциональная тетрахроматия требует, чтобы зрительная система сохраняла и использовала дополнительную информацию. Поэтому ни пол, ни один генетический анализ удостоверения на «сверхзрение» не выдают. [2, 6]
Хорошо документированный пример опубликован в 2010 году. Участница под кодом cDa29 отличала оранжевый свет от смеси красного и зелёного даже тогда, когда обычные наблюдатели уже не замечали различия. В опыте последовательно показывали три вспышки и просили указать отличающуюся. Соотношение компонентов и яркость меняли; cDa29 отвечала без ошибок. Через два месяца результат повторился. В исходной выборке было 24 женщины — носительницы генетических вариантов, связанных с дейтераномалией, одной из форм нарушения красно-зелёного цветоразличения. Само носительство ещё не означает, что у женщины есть такое нарушение. В этом опыте участвовали 18 из них. Только cDa29 соответствовала критериям тетрахроматии на всех применённых проверках. Это конкретный лабораторный результат; превращать его в процент тетрахроматов среди всех женщин нельзя. [1]
С художницей Кончеттой Антико история сложнее. В предварительном отчёте 2014 года исследователи описали необычные настройки субъективной равнояркости: сколько света разных цветов нужно, чтобы он казался одинаково ярким. Миллионы различимых цветов там не пересчитывали. [3] В исследовании 2018 года четырёхмерная модель лучше описывала спектральные данные её нарисованных образцов. Это интересное косвенное свидетельство, однако размерность спектров нарисованных образцов сама по себе ещё не доказывает дополнительную размерность восприятия. Здесь особенно важно не перепутать результат измерения картины с устройством зрения её автора. [4]
Но почему бы не показать «четвёртый цвет» на телефоне? Посмотрим, чем располагает экран. Обычный трёхцветный экран, обозначаемый RGB, регулирует три фиксированных источника света. Оттенков он воспроизводит множество, а четырьмя независимыми спектральными сигналами управлять не умеет. Больше пикселей или битов дадут более тонкую регулировку, но нового независимого канала не добавят. Вот почему картинка «посчитайте полоски и узнайте, тетрахромат ли вы» функциональную тетрахроматию не устанавливает. Даже идеальная фотография специального теста теряет на таком экране необходимую ему спектральную информацию. [2, 5]
С печатью можно поступить иначе. В 2024 году исследователи предложили технологию цветовых образцов и тестов для дополнительного измерения. Подбираются два печатных участка, одинаковых для трёх обычных типов колбочек, но разных для предполагаемого четвёртого. Для этого надо знать спектры красок, освещение и свойства наблюдателя. Так специально подобранные чернила становятся инструментом проверки дополнительного цветового различения. [5]
Здесь и находится самое интересное: человек может различить то, что для другого глаза действительно совпало. Насколько часто такие различия встречаются в повседневной жизни и какую приносят пользу, ещё предстоит надёжно выяснить. Проверяемого опыта для удивления уже достаточно. Приписывать к нему круглые миллионы цветов незачем. [2]
См. также: Афакия и ультрафиолет; Слабые звёзды и боковое зрение.
